В документе «Об участии верных в Евхаристии» очень взвешенно и разумно объясняются причины тех или иных церковных требований. В данном случае, речь идет о том, что церковная служба – это целостное пространство, которое начинается с вечернего богослужения. Поэтому естественно предполагается, что человек, который намеревается приступить к Причащению – апогею богослужения, должен в нем участвовать с самого начала.
Но при этом в документе говорится, что невозможность для человека по объективным причинам присутствовать на вечернем богослужении, не до конца вычитанное им молитвенное правило, или какие-то другие внешние условия не могут быть абсолютными препятствиями для допуска человека к причащению. Это вопрос, который должен решать духовник. Именно он вправе определить, на самом ли деле отсутствие человека на вечернем богослужении было связано с какими-то объективными причинами или просто ему было лень пойти на службу, когда все возможности для этого имелись. Если у человека нет духовника, то помочь ему решить все эти вопросы может тот священник, у которого он исповедуется. Духовник – это крайне желательное, но не безусловное требование. Все свои вопросы человек может решить в разговоре с тем священником, служащем в храме, куда он ходит, кому исповедуется, с кем общается.
Протоиерей Павел Великанов
Надо понять несколько важных вещей. Всенощная – это не повинность, за исполнение которой выдается вознаграждение в виде допуска к Причастию. Это комплексное богослужение суточного круга, обогащающее нас и благодатью, и богословским знанием. Литургия, в отличие от вечерни, повечерия, полунощницы, утрени, 1-го, 3-го, 6-го и 9-го часов – не одна из служб суточного круга. Она встраивается в тот или другой его участок, в зависимости от указаний Устава, но сама по себе не является его составной частью.
Литургия, независимо, какая конкретно (святителя Иоанна Златоуста, святителя Василия Великого, преждеосвященная или святого апостола Иакова и др.), служится все же именно в пространстве суточного круга, поэтому человек призывается участвовать в Литургии, окунувшись в богатство смыслов, заключенное в предваряющих ее службах.
Все вышесказанное относится к любому богослужению суточного круга, совершаемому накануне вечером, а не только к всенощному бдению, которое на практике уже давно никакое не «всенощное». На сегодняшний день это тип особо торжественного вечернего богослужения, совершаемого, согласно Уставу, в важные церковные праздники, в т.ч. и по воскресеньям, ибо каждое воскресенье – маленькая Пасха. Не накануне праздников, обратите внимание, а именно в праздники, потому что богослужебные сутки (а стало быть, и сам праздник, в том числе и воскресное богослужение) начинаются с вечера. О всенощной разговор пошел, потому что в основном люди причащаются по воскресеньям, а накануне воскресного дня, в субботу вечером, совершается всенощное бдение.
Так вот, что важно: это должно быть не просто посещением храма, потому что положено по праздникам ходить в церковь, или потому, что это (независимо праздник ли, рядовые ли памяти святых) требуется накануне причащения.
Участие (не «отстаивание» и не «выслушивание», а именно участие) в вечернем богослужении – это погружение в вечность путем единения с Церковью – Царством Божиим на земле – через службу, посвященную какому-нибудь значимому событию или святому, причем погружение не с какого-то промежуточного этапа или в «единодесятый час», а с самого начала суточного круга.
Призывая нас приходить в храм не только в день причащения, но уже накануне, Церковь приглашает к началу богослужебного цикла, в рамках которого мы надеемся причаститься святых Христовых Таин. Любое дело лучше совершать полностью, а потому и хорошо в день причащения не несколько минут посвятить единению с Богом, и даже не пару часов, не считая времени, «убитого» на дорогу, и не еще сколько-то там, но… весь Божий день отдать – тот самый день, который «и был вечер, и было утро…», хотя бы в объеме одних суток, одного богослужебного цикла, одного – но целого.
Протоиерей Игорь Прекуп