Нужно ли родителям всегда причащаться одновременно с детьми?

Я думаю, очень неправильно, когда дети причащаются без родителей. Это становится не очень хорошей традицией – просто приносить детей к причастию. А что при этом с ребенком происходит? Как он это осмысливает для себя эмоционально, ведь по-другому ребенок понимать это не может? Получается, что причащение Святых Христовых Таин для младенца – это некий почти магический акт: родители думают, что если часто причащать ребенка, то с ним все будет хорошо. Мне кажется, это результат глубокого непонимания родителями того, что происходит в храме. Понятно, что и дети, вырастая, не будут понимать смысла Литургии.

Это очень важно осознать: если мы не приходим к причастию вместе с ребенком, не разделяем его с ним, в этом есть какое-то несоответствие, ущербность. Может быть, мы думаем, что причащаясь, ребенок болеть не будет? Или будет питаться благодатью и вырастет добрым хорошим человеком? Или с ним что-то само по себе будет происходить: неведомое, мистическое, что сделает его глубоко верующим человеком помимо нас? Но это ошибочное, недостаточное, осознанно не продуманное и ущербное представление.

Ребенок действительно ничего не понимает, даже когда ему семь лет, даже в десять лет он почти ничего в этом не понимает. И думать, что само по себе в его уме, в его душе и сердце что-то происходит помимо нас – это величайшая иллюзия.

Гораздо удобнее, если дети причащаются отдельно, но ведь дети видят, как родители не причащаются, и не видят, как родители причащаются. Это очень серьезная вещь: это значит то, что мы представляем себе, как общую жизнь, остается декларативным и только. Мы потом можем сколько угодно объяснять детям, что причастие – это истинное Тело и Кровь Христовы, хотя вообще-то это никому не понятно… А тем более детям… Они воспринимают все совсем по-другому, прежде всего, эмоционально: у них работают глаза, уши в этот момент, им важно, что на них обращают внимание. И в этот важный момент родители оказываются просто – подносящими. Они не разделяют эмоциональную радость ребенка, и эта радость не идет вместе с ними домой. Вот они причастились вместе и с этой радостью возвращаются домой, вместе переживают эту радость общего причастия – этого всего нет, а это и есть самое главное. Это то, что детей учит тому, и что такое причастие, и что такое вера – что такое разделить свою жизнь со Христом. По-другому донести это до детей бывает очень сложно.

Конечно, иногда приходится идти на компромиссы. Момент подготовки у детей и родителей разный, и частота причастия может быть разная. Я понимаю, что не всегда родители и дети могут причащаться вместе, но это не должно быть превалирующим. Я против того, чтобы они причащались вместе только в виде исключения. Главное – стремиться, чтобы семья причащалась вместе, ради этого можно в чем-то ослабить и пост, и внешнюю подготовку к причастию, но не внутреннее благоговение, состояние страха Божия. Главное – это общая жизнь, и здесь она должна быть общей.

Протоиерей Алексий Уминский